10:06 

"Сеть попыток сказать "Люблю"

amethyst deceiver
It's his excessive consumption of mushrooms. They've addled his brain...(c)
Название: Семь попыток сказать «Люблю» (Seven Ways to Say ‘I Love You’)
Автор: stella8h8chang
Переводчик: Phoebus
Беты: Sige, Apis
Пейринг: АД/ГГ
Рейтинг: PG-13
Жанр: drama/romance
Дисклеймер: В основу данного произведения положены характеры, созданные Дж. К. Роулинг и принадлежащие ей. Данное произведение создано и распространяется в некоммерческих целях, не подразумевая нарушения авторского права.
Саммари: Если мы еще можем любить тех, кто заставил нас страдать, то любовь наша лишь становится сильнее.
Разрешение на перевод: получено.
Оригинал лежит здесь.
Размещение: С согласия переводчика. Фик постоянно размещен на сайте "Наша Лавочка".

От переводчика: Не знаю, уместно ли переводчику делать посвящения – все ж таки не автор, но... хочется, поэтому:
С благодарностью – Сайдж и Апис, просто хорошим людям :-)





РАЗ



Наконец у них получилось. И пусть первые попытки заняться любовью были неловкими, грубыми и – что греха таить – бестолковыми, сегодня ночью все получилось по-настоящему. Это как в танце – поупражнявшись и отдавив друг другу ноги, партнеры в конце концов заучивают па.

Устав до изнеможения, они лежат, укрытые воздушным покрывалом лета, и скоро забываются сном.

Старший первым открывает глаза. Его руки скользят по спине другого мальчика – от выступающих лопаток вниз по позвоночнику. А потом он с нежностью перебирает золотые завитки, что смешались на подушке с его собственными каштановыми прядями.

И он шепчет на ухо другу – половине своей души: «Я тебя люблю».

Но вот он вздрагивает от теплого, влажного дуновения, открывает глаза и понимает, что все это ему приснилось. Хотя нет, не все. Его пробудило дыхание друга. Мальчик – его зовут Геллерт, Альбус повторял это имя всю ночь, – Геллерт рядом с ним, нагой, и он видит, что это делает с Альбусом.

Они улыбаются друг другу, а затем снова начинается бесконечная череда поцелуев. И Альбус думает, что уже бессмысленно повторять это вслух – Геллерту не нужна легилименция, чтобы точно знать, что испытывает Альбус.



ДВА



Каждое утро профессор Дамблдор, как и любой другой преподаватель Хогвартса, с растущей тревогой читает газеты. Там пишут об истребляемых по всему Континенту магглах; о волшебниках, заточенных в крепость неприступней Азкабана; о том, что магические и немагические правительства теперь подвластны одному человеку – тому самому, кого он так хорошо знает.

И что Британия тоже окажется под угрозой – это всего лишь вопрос времени.

Запершись в своих комнатах, он достает чистый лист пергамента и торопливо царапает строчки, весь смысл которых сжимается в «остановись и одумайся…», «поверь, ты разрушаешь самого себя…», «разве тебе безразлично…» – и вдруг в мгновенном озарении пишет: «Я все еще тебя люблю».

А потом он смотрит на эти безумные слова и, с отвращением смяв листок, отбрасывает прочь: как можно было так опуститься!

Он думает не только о захлестнувшем Континент германском геноциде, но и об одной разрушенной семье. Он думает о сестре, что лежит в Годриковой Лощине под шестью футами земли, и о брате в хогсмидской пивной, который до сих пор отказывается с ним разговаривать.

Этого письма никто никогда не увидит.

Он подбирает смятый лист и медленно рвет его в клочки, и потом, подойдя к камину, бросает обрывки – они вспыхивают сине-зелеными огоньками перед тем, как рассыпаться пеплом. А его глаза совсем сухи.



ТРИ



В глазах Альбуса полыхает такая ярость, что Геллерту становится страшно, а ведь это его гнева боялись все и всегда, в нем – не в Альбусе – бушевали страсти. И когда Старшая Палочка выскальзывает из его руки и летит к противнику, он, за сорок с лишним лет уж позабывший, как быть покорным, падает на колени.

– Альбус… нет… мы же были такими могущественными… мы и сейчас могущественны… мы с тобой… я начну все заново, если это сделает тебя счастливым… ты и я… все, что захочешь, только бы ты был счастлив… – жалко лепечет он. И всхлипывает, будто вдруг вспомнив: – Мы же были так счастливы когда-то.

– Да, Гриндельвальд, были, – голос Альбуса словно лед. – Когда-то. Когда еще верили в сказки.

Ярости уже нет, и это еще больше пугает Геллерта: таким голосом без колебаний посылают на смерть тысячи. Но он и представить себе не мог, что Альбус будет так говорить – с ним. Это совсем не тот Альбус, которого он знал.

– Альбус… нет… это не может вот так закончиться…

Гриндельвальд… Но ведь его по-другому звали. Он – просто Геллерт. Просто мальчик шестнадцати лет, мальчик, просящий другого о милосердии. И о любви.

– Почему это не может вот так закончиться, Гриндельвальд?

Пронзительно голубые глаза Дамблдора смотрят в сине-зеленые – Геллерта. И Геллерт в кровь кусает губы, чтобы сдержать рвущиеся наружу такие пустые сейчас слова: «Потому что я люблю тебя».



ЧЕТЫРЕ



Дамблдор не хочет прикасаться к нему и позволяет все завершить двум аврорам, лет на двадцать моложе его самого. Он называет их Аластором и Амелией.

У Гриндельвальда уже нет сил сопротивляться; он дает препроводить себя в Нурменгард, который никогда не был просто тюрьмой. Здесь он провел много часов; он засыпал в библиотеке над громоздкими фолиантами, как это случалось в доме Батильды перед тем, как он встретил Альбуса. Он ждал в библиотеке Батильды – и он ждал в библиотеке Нурменгарда.

Но теперь он брошен в башню напротив, и здешняя голая келья предложит своему обитателю лишь грубое белье и скудную пищу. И еще длинное, одинокое окно, узкую щель в черном камне – без магии не выбраться. Гриндельвальд бросается к нему и видит, как залитый лунным светом победитель говорит с аврорами, еще чуть-чуть – и повернется к Нурменгарду спиной.

Гриндельвальд отчаянно хочет дать знак и нелепо, мучительно пытается втиснуться в оконную щель, чтобы высунуть руку подальше.

– ПРОКЛЯТЬЕ! Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! – кричит он в ночь – и рот сводит судорогой, а ногти впиваются в ладони. Бесполезно, никто не поворачивает головы.

А потом он видит, как бредет прочь Дамблдор. И он вдруг понимает, что Дамблдору уж никогда не жить в мире с самим собой, как и ему самому отныне – с человеком по имени Гриндельвальд.



ПЯТЬ



Дамблдор знает – его время уже на исходе, но он знает еще и то, что сделал все возможное. Все рычаги и винтики, все детали его большого плана начали свой ход – чтобы дети, названные в Пророчестве, смогли уничтожить хоркруксы и сокрушить Волдеморта. И тогда Третья магическая война закончится. Он постарался продумать все, предусмотреть любые возможности: вдруг Гарри не выдержит искушения и Дары выпьют из него все лучшее, а Рон сломается под гнетом обстоятельств или не вынесет кровавого кошмара войны Гермиона…

У него есть достойные коллеги, которые его заменят: Северус Снейп, Минерва МакГонагалл и Аластор Хмури, и есть преданные последователи, такие как Эльфиас Дож, которые никогда не изменят тому, что им дорого.

И он думает, все ли свои дела он завершил.

Он перебирает свои ценности и заносит их в завещание. Северус обещал, что в этом кабинете останется все как есть, да и вообще – до переустройств ли будет, но он все же чувствует себя обязанным привести все в порядок.

Когда среди груды похороненных в старом сундуке вещей он находит стопку своих юношеских дневников с множеством фотографий, он не может удержаться, чтобы не пролистать их напоследок. Такие юные лица волшебников и ведьм. Вот он сам со значком префекта. Вот празднуют дни рождения. А вот два мальчика, затеявшие шутливую возню на лугу.

Нет, он сделал не все, что мог. Ему еще есть что доделать…

И он откладывает завещание. Он берет чистый лист пергамента и пишет:

«Гриндельвальд,

Когда ты получишь это письмо, я буду уже мертв, но есть вещи, о которых ты должен быть предупрежден
…»

Это письмо длинное и обстоятельное, оно так не похоже на те бойкие короткие записочки, которыми они, бывало, обменивались – в той, прошлой жизни. В конце концов, это будет последним, что тот о нем услышит, да и сам Альбус – не из тех, кто заканчивает всхлипом.

– Фоукс, – говорит он удивительной птице, что сидит на золотой жердочке недалеко от двери. – Когда я умру, ты должен будешь отнести это Геллерту Гриндельвальду в Нурменгард.

Крупная, сверкающая слеза катится по лоснящимся перьям феникса.

– Не трать на меня свои слезы, – говорит Альбус, гладя пурпурно-золотую птицу.

И решение созревает.

– Фоукс, мне нужно, чтобы ты сказал несколько слов вместо меня, когда доставишь письмо. Как думаешь, ты сможешь это сделать?

Птица кивает. Альбус вытаскивает палочку и указывает ею на свое горло, чтобы запечатлеть послание:

«Я прощаю тебя и люблю».



ШЕСТЬ



Геллерт меряет шагами келью. Взад-вперед, взад-вперед – так банально, и он об этом знает, но сто пятнадцать лет жизни научили его, что жизнь зачастую – не более чем банальность. Медленные шаркающие шаги отзываются тягостным эхом в каменных стенах, и он вспоминает, как легко и проворно бежал с Альбусом по кладбищу в Годриковой Лощине – взявшись за руки, смеясь и перепрыгивая через надгробные плиты. Счастливый, окрыленный общей мечтой, которая, они оба в этом уверены, скоро обязательно станет явью – а как же иначе?..

You must remember this: a kiss is still a kiss, a sigh is just a sigh… the fundamental things apply… as time goes by…*

Он уже знает, что остался один, и боится, что Время о нем забыло. Он чувствует эту потерянность всем своим существом всякий раз, когда кроваво-красное солнце заглядывает в оконную щель. Этот цвет напоминает ему о зацелованных губах Альбуса, о землянике и о том самом лете. Но еще – о тех многих вещах, которые он не должен был делать, обо всей крови, что он пролил во имя Империи.

Он ложится, укрывшись тощим одеялом. Быть может, сегодня ночью Старшая сестра Сна придет и заберет его наконец. Он будет рад этому. Он не знает, почему он все еще жив.

And when two lovers woo, they still say “I love you”…**

Незваный гость прерывает его раздумья. Геллерт смотрит в бездушные красные глаза и улыбается. Мальчишка Риддл здесь, ищет Непобедимую палочку. Альбус снова оказался прав.

И Геллерт понимает, почему он все еще жив.

– Так, значит, ты пришел, – говорит он. – Я знал, что ты придешь однажды. Но ты напрасно проделал этот путь. У меня никогда ее не было.

– Лжешь! – шипит Волдеморт. – Ты умрешь, если не скажешь правду!

Геллерт не боится смерти. И никогда не боялся. Он вспоминает, как, пытаясь воплотить свои планы, не раз бывал на волосок от гибели – он знал тогда, что оставит после себя идеи, а их так просто не уничтожишь.

It’s still the same old story, a fight for love and glory, a case of “do or die”…***

– Так убей меня, Волдеморт, я буду рад смерти!

Да и кто б, интересно, не обрадовался, задержись он здесь так надолго. Но под змеиной маской Волдеморта таится страх – страх умереть, якорем цепляющийся за мир живых, и Геллерт чует его, этот удушливый смрад. Альбус прав, сто раз прав.

– Но моя смерть не поможет тебе получить то, что ты ищешь.

Геллерт знает – и это одна из тех истин, что он понял давным-давно: любовь оставляет на людях свой след. Но аура Волдеморта пуста: любовь не станет его слабостью – это так, но и не дарует ему сил.

the world will always welcome lovers as time goes by…****

И Геллерт смеется презрительно:

– Ты так многого не понимаешь…



СЕМЬ



Геллерт блуждает в каком-то странном пространстве, полном яркого тумана; что-то неуловимо меняется, светящаяся дымка тает – и ему вспоминаются просторные дворцовые залы для балов и собраний, где он часто бывал когда-то. Он обнажен, но сейчас вокруг нет ни души. В одном из множества широких окон он ловит свое отражение.

И видит, что кожа вновь стала гладкой и розовой, вьющиеся волосы – золотыми и чистыми, а щеки так и пышут здоровьем. Мышцы рук и ног упруги на ощупь. А стоит ему пожалеть, что здесь нет одежды, как она появляется – именно такая, какую любил носить, – и облегает его как влитая. Он снова молод.

Но он моложе, чем был, когда в погоне за своей безумной мечтой об Империи перекраивал Европу. Он такой, каким был, когда встретил…

Это мираж, должно быть… это приближающееся к нему видение в лиловом, с красновато-каштановыми волосами и невозможно голубыми глазами – яркое, неподражаемое, великолепное и… такое замечательное. Альбус появляется точь-в-точь таким, каким Геллерт всегда отчаянно хотел его помнить.

Поначалу они только молча ходят по кругу, не сводя друг с друга глаз и силясь казаться спокойными и бесстрастными.

А потом их руки будто сами тянутся друг к другу, встречаются, смыкая объятья; оба они замирают.

Они скажут это сейчас, потому что оба теперь понимают, как много это для них значит.

Это уже не сон, здесь нет желания повлиять или попытки оправдаться, прошло смятение, обретен душевный покой и избыто чувство вины.

Альбус и Геллерт в едином порыве шепчут друг другу:

– Я люблю тебя.


~~~~~~~

Примечания переводчика

В тексте использованы строчки песни “As Time Goes By” из знаменитого фильма Майкла Кертица «Касабланка».

* You must remember this: a kiss is still a kiss, a sigh is just a sigh… the fundamental things apply… as time goes by… – Ты должен помнить: поцелуй остается поцелуем, а вздох тоски – это именно вздох тоски… и всю суть, весь смысл понимаешь, только когда проходит время…
** And when two lovers woo, they still say “I love you”… – И добиваясь взаимности, влюбленные по-прежнему говорят «Я люблю тебя»…
*** It’s still the same old story, a fight for love and glory, a case of “do or die”… – Эта история поистине вечна – битва за любовь и славу не на жизнь, а на смерть…
**** …the world will always welcome lovers as time goes by… – этот мир благосклонен лишь к тем, кто любит – так было и будет до скончанья времен…

Комментарии
2008-04-18 в 11:15 

Очень трогательно! А что касается перевода, то нелегко о нем много сказать, если он не вызывает претензий. (Вот был бы плохой... Тогда долго могла бы я писать...))
Счастливый, окрыленный общей мечтой, которая, они оба в этом уверены, скоро обязательно станет явью – а как же иначе?..
Что же делать, если обманула
Та мечта, как всякая мечта,
Если жизнь безжалостно хлестнула
Грубою веревкою кнута..

2008-04-21 в 15:56 

Сёльве Линд
сибирский крысолов
Что-то в этом очень... потрясает. Красиво. Жаль, не могу прочесть оригинал. И Геллерт в кровь кусает губы, чтобы сдержать рвущиеся наружу такие пустые сейчас слова: «Потому что я люблю тебя». ...чёрт, нет слов.

     

Headmaster's office

главная